Эксклюзивное интервью по итогам визита в Германию министра иностранных дел ПМР Владимира Ястребчака специальному корреспонденту «ИНФОТАГ» в Берлине Светлане Нежельской.
- Господин Ястребчак, с какой целью Вы находитесь в Берлине?
- Я здесь по приглашению Германско-молдавского форума для участия в конференции «Старые проблемы – новые перспективы: Приднестровский конфликт», чтобы довести нашу точку зрения до сведения заинтересованных участников. Кроме этого, на встречах с представителями органов власти ФРГ состоялся достаточно полезный и конструктивный обмен мнениями. Нам было интересно узнать и позицию германской стороны в отношении тех недавних информационных поводов, которые вызвали живой интерес. Я имею в виду меморандум, подписанный в рамках визита в Германию президента России Дмитрия Медведева.

- Какие надежды возлагает Приднестровье на этот документ?
- Прежде всего, мы исходим из того, что он будет полезен как составная часть процесса сближения позиции России и Евросоюза по данной проблематике. Тем более что ЕС и РФ являются наиболее значимыми региональными структурами, наряду с Украиной, которая также стремится демонстрировать активность и заинтересованность. Мы это видели в мае, когда было подписано совместное заявление Медведева и Януковича по данной теме. Поэтому мы считаем, что процессы сближения позиций наиболее влиятельных региональных игроков пойдут на пользу урегулированию.
- В своем выступлении Вы говорили о заметном прогрессе в переговорном процессе между Приднестровьем и РМ. В чем он выражается?
- Достаточно регулярный характер приобрели встречи на двустороннем уровне. Я бы не назвал это переговорным процессом, это, скорее, динамика двусторонней работы, а также работы с участием международных партнеров. В частности, проводятся семинары, которые представляют взаимный интерес, консультации в формате «5+2», которые также приобрели ритмичный и регулярный характер. Тем не менее предстоит сделать еще достаточно много, чтобы ожидания стали реальностью.
- Есть ли предпосылки, чтобы переговоры стали официальными?
- Не следует переоценивать значимость формата «5+2». Это, по сути, консультативный формат, созданный для обеспечения минимального уровня политических контактов между двумя сторонами конфликта при международном посредничестве и участии наблюдателей. Никакие форматы такого рода не заменят полноценного взаимодействия на уровне лиц, уполномоченных принимать политические решения и контролировать их выполнение на уровне руководителей Приднестровья и Молдовы. Но значимость формата нельзя и недооценивать, поскольку это важная площадка для диалога и консультаций. Но для его работы необходима повестка. Иначе мы рискуем оказаться в ситуации 2006 г., когда формат прекратил работу и достаточно надолго.
- В Молдове сменилась власть. Как восприняло это Приднестровье, сказалось ли это на содержании переговоров?
- У новой власти в определенной степени новые подходы. К сожалению, базовый политический подход Молдовы к проблематике урегулирования пока изменений не претерпел - закон 2005 г. и унитарная Конституция остаются неизменными. Тем не менее, мы исходим из того, что продолжать работу необходимо. И то, что удалось перезапустить работу экспертных групп и выйти на экспертные модели разрешения тех или иных проблем - является позитивным знаком. В остальном ситуация далека пока от стабильности как в Кишиневе, где начинается очередной раунд предвыборных баталий, так и в Тирасполе, где в декабре состоятся парламентские выборы. Но это не снимает с нас ответственности за продолжение той работы, которую мы начали и которую ведем.
- Существует мнение, что реальная перспектива европейской интеграции Молдовы станет привлекательной для Приднестровья и будет способствовать воссоединению страны. Что Вы думаете по этому поводу?
- Смотря что понимать под европейской интеграцией, в каком качестве готов Евросоюз видеть РМ - своим соседом или чем-то больше. Здесь дорога с двусторонним движением. Можно сколько угодно стучаться в двери, но если они закрыты и их никто не собирается открывать, то они останутся существующей, но закрытой перспективой. Что касается того, как это может помочь тем или иным политическим процессам - самое главное не перспектива, которая есть у кого-то, а реальная политическая воля и готовность выполнять достигнутые договоренности: начиная с 1994 г. и продолжая совместным заявлением Смирнова, Воронина и Медведева 17 марта 2009 г.
- И все-таки, если Молдова станет экономически процветающей страной...
- Вот когда это станет реальностью, тогда появится возможность для более предметного разговора. История не знает сослагательного наклонения, ни в нашей ситуации, ни в будущем. В любом случае, решение будет приниматься народом Приднестровья.
- В Приднестровье до сих пор остаются 20 тыс. т российского вооружения...
- Это вооружение бывшей 14-ой армии, и вопрос о его принадлежности для приднестровской стороны пока открытый, поскольку при распаде СССР вооружение делилось в соответствии с тем, на чьей территории оно осталось. Приднестровье в равной степени, как и все республики бывшего СССР, принимало участие в создании советского военно-промышленного комплекса, в нем есть значительная часть труда приднестровцев и приднестровских предприятий. Мы не ставим вопрос о передаче этого вооружения в нашу собственность, но поднимаем вопрос о выплате компенсаций, которые предусмотрены, в том числе и двусторонними договоренностями. Пока данные вопросы находятся в процессе решения. По нашему мнению, вопрос о выводе напрямую связан с прогрессом урегулирования, так как это часть гарантий физической безопасности жителей Приднестровья.
- Часть вооружения была, в соответствии со Стамбульскими договоренностями 1999 г., уничтожена или вывезена до того, как Приднестровье воспрепятствовало этому.
- Прогресс с вывозом вооружений и имущества достигался в тот период, когда был и прогресс на политическом уровне. Если будет прогресс в каких-то политических вопросах, то не исключено, что будет прогресс и в этом вопросе. Но есть принципы, которые были заложены не нами и не сейчас. Эти принципы закладывались при распаде СССР, по нашему мнению, они вполне применимы в нашей ситуации.