Ситуация, складывающаяся сегодня в Молдове после повторных парламентских выборов, в результате которых большинство в высшем законодательном органе страны получила оппозиция, заставляет многих политиков и экспертов вновь обратить свои взоры к Приднестровью. Восьмилетнему единовластию коммунистов, по всей видимости, приходит конец, оппозиция неоднородна, партии, прошедшие в парламент, имеют различные политические платформы – от центрист-ских до праворадикальных. Впрочем, при этом все они имеют ярко выраженную прозападную направленность и, так или иначе, выступают за углубление отношений Молдовы с Румынией вплоть до объединения двух стран в рамках единого государства.

В таких условиях не случаен интерес политиков и аналитиков к Приднестровью. Эксперты пытаются прогнозировать дальнейшее развитие ситуации в регионе, так как политические трансформации в Молдове могут оказать на нее влияние. При этом высказываются совершенно разные мнения, порой носящие ярко выраженный спекулятивный характер, относительно перспектив развития молдо-приднестровских отношений и роли тех или иных государств в урегулировании затянувшегося конфликта на Днестре.
Западные аналитики, сразу же после подведения итогов выборов, заговорили о том, что победа оппозиции открывает новые перспективы для демократизации Молдовы и разрешения молдо-приднестровского конфликта. Газета Frankfurter Allgemeine, в частности, пишет: "Результаты выборов можно назвать обнадёживающими… Если процесс демократизации в Молдавии будет продолжаться, то в долгосрочной перспективе это будет иметь последствия для населения в авторитарно управляемом сепаратистском регионе Приднестровья". Отбросив шелуху совершенно неоправданных трафаретов (типа "авторитарно управляемый"), можно увидеть: Запад по-прежнему надеется, что молдо-приднестровскую проблему можно решить путем создания в Молдове условий, которые будут привлекательны для жителей левобережья Днестра и вызовут желание объединиться с правобережьем. В последнее время ЕС сосредоточил усилия на продвижении этой идеи в жизнь. Но здесь могут возникнуть определенные проблемы. Их природу легко понять, если изучить историю молдо-приднестровского конфликта или, на худой конец, побеседовать с жителями ПМР, которые в полной мере познали в 1992 году, что такое молдавская "демократия".
Разумеется, есть на Западе и более сдержанные политики, полагающие, что молдо-приднестровский конфликт можно разрешить за столом переговоров в формате "5+2", правда, опять же, в пользу целостности Молдовы. За продолжение переговоров выступает и Приднестровье. Однако в Тирасполе считают, что в условиях не только политического, но и экономического давления со стороны Молдовы, которое продолжается с 2006 года, вести диалог невозможно. Как недавно заявил в интервью российской радиостанции "Эхо Москвы" министр иностранных дел ПМР Владимир Ястребчак: "Мы исходим из того, что в любом случае переговоры должны продолжаться. Мы должны искать пути урегулирование молдавско-приднестровских отношений исключительно мирными политическими средствами. Поэтому такая пауза нас не совсем устраивает". Однако, по мнению Владимира Ястребчака, для возобновления переговоров: "нужны определенные предпосылки, которые могли бы наполнить работу реальным содержанием. Пока что действительно дальнейшее усугубление, нестабильность в Молдове, необходимость формирования новых властных структур, наконец, приход новой команды, я думаю, что пока не дает оснований говорить о том, что в ближайшем будущем удастся возобновить эту работу".
Нестабильность в Молдове беспокоит и официальный Киев. Суть этой обеспокоенности заключается в том, что нынешнее руководство Украины опасается нестабильности на западных своих границах, а также усиления влияния России в Приднестровье. Так, весьма четко и однозначно официальную позицию Украины высказал советник главы Секретариата президента этой страны Вадим Карасев. По его мнению, "Приднестровье будет дезинтегрироваться от Молдовы еще больше. Выборы в Молдове могут существенно изменить тренд и расклад в перекомпозиции постсоветского пространства. Для Украины последствия понятны - нестабильность возле границ. Это – тревожный прецедент с точки зрения будущего постсоветских моделей государственности. Если говорить о концептуальном вызове, то встанет вопрос о том, что делать с Приднестровьем. Вызовом для Украины будет, если результатом дезинтеграции Молдовы станет интегрирование Приднестровья в союзнические и оформленные отношения с РФ. Мы фактически получим ближайшего союзника на границах с военной составляющей и другими атрибутами".
Для нынешнего руководства Украины ситуация складывается достаточно двойственная. С одной стороны, его не может не радовать победа прозападных сил в Молдове и поражение коммунистов, которые, во всяком случае, демонстрировали желание укреплять свои отношения с Россией и позволяли себе скептические высказывания в адрес ГУАМ – организации, созданной США именно с целью ослабления влияния России на постсоветском пространстве. С другой стороны, Киев понимает, что Приднестровье, с приходом в Молдове к власти в массе своей откровенно прорумынской оппозиции, еще дальше будет дистанцироваться от правого берега Днестра, добиваясь признания независимости и еще большего сближения с Россией, которая, осознав, что надежды получить пророссийскую Молдову, а с ней и Приднестровье, несбыточны, может пойти на шаги, направленные на признание суверенитета ПМР. Чтобы не допустить этого, украинские политологи предлагают Киеву сыграть на опережение и добиваться того, чтобы Приднестровье было включено в сферу влияния Украины.
Один из киевских аналитиков -Андрей Данилов - предложил "усилить дипломатическую и разведывательную активность на территории Приднестровья". Кроме того, Данилов советует украинским властям "заключить с Румынией некий "пакт Молотова-Риббентропа", разделяющий сферы влияния двух государств. Зоной интересов Румынии признать всю территорию Молдовы на запад от Днестра, а за Украиной "закрепить" территорию Приднестровья". То, что подобные предложения носят явно провокационный характер, понять несложно. Однако подобные провокации, как отмечает РИА "Днестр", вполне могут осуществляться "по просьбе сотрудников спецслужб с целью отследить и изучить ответную реакцию. К примеру, разобраться: вызовут ли резонанс в политических кругах Приднестровья намерения провозгласить регион "сферой особого влияния" Украины и ее спецслужб? Есть ли в Приднестровье сторонники подобного сценария, готовые на самом высоком уровне в случае необходимости оказать поддержку такого рода инициативам?" В любом случае, сегодня можно констатировать тот факт, что в украинском обществе начинают вызревать идеи возврата бывшей своей автономии в состав Украины. Никакой заботы о самих приднестровских гражданах речи в данном случае не идет. Украина заинтересована в недопущении усиления российского влияния у своих западных границ.
Существует и другое мнение относительно развития молдо-приднестровских отношений. Его высказала лидер Прогрессивной социалистической партии Украины Наталия Витренко. Она считает: "Оппозиция в Молдове сформирует коалицию, получит своего премьера, в итоге - своего президента, потому что часть коммунистов позже уйдет к оппозиции и усилит ее влияние, и Молдова будет дрейфовать в сторону Румынии. Коль скоро это произойдет, конечно, им нужно будет расправиться с Приднестровьем. Самое оскорбительное для Украины то, что Украина, которая страдает от Румынии, теряет свои земли, свою территорию, тем не менее, под давлением Брюсселя и Вашингтона, власть Украины пойдет на сговор с Румынией против Приднестровья". Как считает Наталья Витренко: "Это будет сделано, с одной стороны, через блокаду Приднестровья: Украина устроит блокаду, не пропуская российские подкрепления. Также будет экономическая блокада, чем сразу же обескровят Приднестровье. А молдавские силы пойдут на силовой сценарий, чтобы уничтожить сопротивление Приднестровья. Расправятся с теми, кто не хочет быть в Румынии. Будет уничтожена самостоятельность Приднестровья, и большая Молдова пойдет открыто дрейфовать в сторону НАТО и Румынии".
Разумеется, в Приднестровье никогда не сбрасывали со счетов возможность повторения попытки силового подчинения ПМР Молдовой. Буквально год назад грузинские власти начали полномасштабную агрессию против Южной Осетии, что тоже оказалось совершенно неожиданным для властей многих стран. Поэтому исключать возможности новой агрессии Молдовы против ПМР не следует.
После проигрыша коммунистов сегодня в России наступает определенное отрезвление. Впрочем, укрепление молдо-российских отношений было весьма условным. Кишинев не скрывал своих прозападных устремлений, целью которых, в конечном счете, являлось вступление в Европейский союз, что, само собой разумеется, ставило бы крест на пророссийском векторе развития Молдовы. Единственно, что устраивало Москву – это постоянно декларируемый коммунистами нейтральный статус страны, что давало повод для надежд на отказ Молдовы от вступления в НАТО.
Многие российские политологи сегодня заявляют о том, что поддержка руководством России коммунистов Молдовы была ошибочным шагом, который, в конечном итоге, может привести к обострению отношений между двумя странами. Ошибочным они считают и отношение России к Приднестровью в течение последних лет. Некоторые эксперты считают, что России нужно восстановить позиции России в Приднестровской Молдавской Республике, утраченные в результате поддержки Кремлем Воронина и "территориальной целостности Республики Молдова", а также общей пассивности России в регионе.
В частности Сергей Колеров полагает, что "следует поставить перед новой молдавской властью вопрос о статусе Приднестровья, обратив внимание на следующие моменты: почти 20 лет существующую де-факто приднестровскую государственность; отсутствие у Кишинева каких-либо исторических и юридических оснований для претензий на территорию ПМР; абсолютное и постоянно подтверждаемое неприятие Тирасполем любых интеграционных моделей в рамках общего с Молдовой государства, подкрепленное результатами референдума о независимости 2006 года; полнейшую неэффективность и бесперспективность формата "5+2" (Молдова, Приднестровье - стороны конфликта, Россия, Украина - страны-гаранты, ОБСЕ - посредник, Евросоюз и США - наблюдатели). А также напомнить о том, что нерешенность вопроса о статусе Приднестровья ставит крест на всех европейских устремлениях Бессарабии, которые, если верить представителям оппозиционных партий, для них, в отличие от коммунистов, не пустой звук".
Подобного же мнения придерживается известный российский тележурналист и политолог Михаил Леонтьев. В частности, он отмечает, что "с самого начала прихода Воронина к власти произошло существенное изменение российской политики в отношении к Приднестровью. С этого момента приднестровский формат был выделен отдельно от ситуации, например, в Абхазии и Южной Осетии; и Россия предпринимала всяческие шаги, с одной стороны, к построению каких-то партнерских отношений с Ворониным. Приднестровское руководство все время убеждало, что Воронину верить нельзя, что он – обычный прозападный националист, и это подтвердилось. Россия не умеет и не хочет ставить на своих. Свои в этом конфликте – это только приднестровцы. Свои – это те, которые вообще являются пророссийскими, в самом прямом, нормальном смысле слова".
Вообще, сегодня многие аналитики говорят о том, что России не следует заигрывать с Кишиневом, не пытаться всеми правдами и неправдами воссоздать нежизнеспособное территориальное образование, которое могло существовать только в рамках и условиях СССР, то есть объединить ПМР и РМ и таким образом вернуть Молдову в сферу своего влияния. Погоня за пресловутым журавлем не только не приносит желаемых результатов. Она еще может привести к тому, что синица, зажатая в руке, тоже будет потеряна.
Но пока это только мнения экспертов. А как будут развиваться события - станет ясно уже осенью.

Александр ГАЛИН
“Ольвия-пресс”